Вести Инты
№ 55 (415) / 01.05.06
"Я сделал все, что мог"


Георгий Александрович - потомственный геолог, сын выдающегося первооткрывателя природных богатств европейской части Заполярья, Героя Социалистического труда профессора А. А. Чернова, он и по сей день живет заботами Печорского края, изучению геологии которого он посвятил большую часть своей жизни.

Путь его к открытиям месторождений нефти и газа был трудным и тернистым. Прогнозы Г.А. Чернова многими геологами-производственниками воспринимались далеко не радостно, приходилось вести острую борьбу за претворение своих идей в жизнь. Время показало, насколько прозорлив был Чернов в своих научных и практических геологических изысканиях. Обо всем этом им написано около 160 научных трудов, монографии, книги, такие как "Записки геолога", "Борьба за нефть в Большеземельской тундре" и последняя - "Печорский край - судьба моя".

Еще отец Г. А. Чернова в 1929 году писал, что о поверхности Луны, о ее геологическом строении мы можем рассказать значительно больше, чем о Печоре... Видимо, поэтому и посвятил Георгий Александрович изучению геологии Печорского края всю свою жизнь, начиная с тех далеких времен, когда район этот был еще настоящим белым пятном на геологической карте России.

Автору этих строк посчастливилось познакомиться с Георгием Александровичем, его женой Любовью Николаевной, верной спутницей его жизни и редактором многих его книг и публикаций. Довелось побывать у Черновых в гостях, в их небольшой уютной московской квартире на Донской улице. В 1998 году (а бывал в нашем городе Георгий Александрович десять раз) удалось зазвать его и к себе в гости.

В тот последний свой приезд Георгию Александровичу выпала возможность облететь на вертолете часть Большеземельской тундры. И с высоты птичьего полета он воочию увидел те места, где полвека назад проводил геологические изыскания, в результате которых появились в пустынных прежде местах буровые разведочные вышки, нефтяные скважины, дающие сегодня нефть из глубин промороженной тундры.

...Похоже, правильно в народе говорится, что от судьбы не уйдешь. В жизни нередко случается событие, которое оставляет след на всю жизнь, а иногда определяет и судьбу человека. В жизни Георгия Чернова такое событие произошло, когда ему было восемнадцать.

Незадолго до отъезда отца в очередную экспедицию родители позвали Георгия к себе и сообщили, что пора заняться делом, а игра в футбол ничего путного не принесет. Сын не успел ничего возразить, как отец сказал маме: "Собери ему все необходимое". На этом разговор и окончился. Отец был человеком строгих правил и возражений не терпел. Пришлось сыну только развести руками в ответ. Заметив слезы на глазах матери, Георгий решил, что впереди ждет пренеприятное испытание.

Воле родителей пришлось подчиниться. Поездку с партией Е. Д. Сошкиной ему довелось совершить на Большую Инту. 10 июня 1924 года наступил день отъезда. В этой экспедиции, как, впрочем, и во всех последующих, Георгий Александрович вел подробные дневники о своих впечатлениях, работе, изысканиях. Они послужили впоследствии обширным материалом для написания книг по геологии, палеонтологии, археологии, туризму.

Из этой экспедиции Георгий Александрович возвратился неузнаваемым. Все родные нашли его повзрослевшим, возмужавшим.

На следующее лето решено было поступать в Московский университет на геолого- географическое отделение физико-математического факультета. Только здесь можно было получить профессию геолога. В годы учебы в университете студент Чернов ежегодно отправлялся в экспедиции как практикант в Приполярный Урал и Печорский край.

Первым годом самостоятельной работы Георгий Александрович считает 1930-й, когда он получил диплом геолога. В это время на Усу отправлялись из Москвы две геолого-съемочные партии, одной из которых и руководил молодой специалист-геолог Чернов-младший.

Путь экспедиции лежал в неведомую глушь. Направились вверх по реке Воркуте. Путь был трудным. Чем выше поднимались вверх по течению, тем больше становилось порогов и перекатов. Чтобы протащить лодку на несколько километров, целый день приходилось бродить по воде. Надо было добраться до неизвестных никому скал. Одно обстоятельство заставляло отряд упорно двигаться по реке вверх: на песчаных отмелях часто встречалась плохо скатанная угольная галька. Это означало, что где-то размываются выходящие на поверхность пласты угля. Ровно две недели шли геологи по порогам. И только на 15-е сутки, к великой радости, добрались до высоких скал. От устья реки до них было 85 километров. По случаю появления коренных выходов породы было решено разбить лагерь.

Вот как описывает обнаружение в этом месте углей Георгий Александрович:

- Пока варилась уха, я перебрался на правый берег Воркуты. Там виднелись скалы, которые мне не терпелось посмотреть. Выше по реке от конгломератов выступали песчаники и глинистые сланцы - один из признаков наличия поблизости угольных пластов. Примерно в 100 метрах от начала обнажения, у самых ног, я увидел первый пласт каменного угля. Он выделялся среди глинистого сланца и песчаника своей черной блестящей поверхностью. Я не стал внимательно осматривать породы, а побежал вперед. Совсем рядом залегал второй пласт угля, затем третий и невдалеке - четвертый. Дальше склон был задернован. Все четыре пласта имели рабочую мощность и выглядели почти одинаково. Собрав несколько кусков угля, я поспешил к лагерю. У лодок еле горел костер. Я бросил куски угля, и пламя быстро разгорелось. Восторгам не было границ. Это был самый настоящий уголь хорошего качества, во всяком случае, гораздо лучший, чем тот, что мы нашли на Инте, Кожиме, Большой Сыне, Адзьве, Заостренной.

На следующий день Чернов погрузился в работу, прослеживая коренные выходы породы уже по левому берегу реки. Воркута обнажала те же пласты и мощность их не менялась. На протяжении километра пласты каменного угля тянулись непрерывно. Это говорило о больших запасах, которые можно было подсчитать даже без земляных работ.

...Но лишь в 1970 году Министерством геологии СССР Г. А. Чернову были выданы диплом и знак первооткрывателя воркутинского месторождения углей. В 1975 году он стал Почетным гражданином города Воркуты. В 1976 году ему вручили еще один диплом и знак первооткрывателя - как одному из авторов открытия уникального Усинского месторождения нефти.

Немало трудностей Георгию Александровичу пришлось преодолеть, доказывая большую перспективность на нефть и газ Большеземельской тундры. Но экспедиция в восточную ее часть, в район стыка хребта Пай-Хой и Полярного Урала в 1948 году дала хорошие результаты. Отряд геологов был "семейным" - Чернов с женой Тамарой Николаевной и сыном Вадимом, который впоследствии также станет известным ученым- геологом, доктором наук.

К сожалению, дальнейшие работы в этом направлении по разным причинам, в том числе и ведомственным, стали проводиться лишь четыре года спустя. Разумеется, Чернов не смирился с прекращением геологических работ в Большеземельской тундре и боролся за их продолжение, как мог.

Незабываемым остался для Георгия Александровича день 26 июня 1952 года, когда он был приглашен в кабинет министра нефтяной промышленности Н. К. Байбакова. Здесь были и представители многих нефтяных организаций, и сотрудники Главнефтеразведки. Чернов в своем докладе министру выложил все "козыри" в пользу продолжения работ в Большеземельской тундре. И многие из присутствующих его поддержали. Итогом встречи стал приказ министра Байбакова, который гласил: "Организовать в 1952 году Большеземельскую партию с целью оценки перспектив нефтегазоносности Большеземельской тундры и выявления площадей для постановки поисково-разведочных работ на нефть и газ. Руководство вышеуказанной партией возложить на Чернова Г. А."

После этой памятной встречи было несколько экспедиций, по итогам которых был собран обширный материал. Но нашлись и недоброжелатели, которые усмотрели в отчетах Чернова, что все изучение разрезов на нефть и газ свелось к поискам и массовым сборам фауны, и что работа выполнена лишь частично, а изучение разрезов производилось, якобы, неправильно и результаты не отвечают общим задачам темы.

Получалось, что старший научный сотрудник института не способен выполнять поставленные задачи, а потому продолжать работу по данной теме не может. Вот так, проработав более 30 лет в труднодоступных районах Большеземельской тундры и посвятив всего себя любимому делу, Чернов оказался фактически выброшенным на улицу: "Старшего научного сотрудника Г. А. Чернова освободить от занимаемой должности с 6 мая 1957 года за предоставление неудовлетворительного научного отчета, как несоответствующего должности старшего научного сотрудника".

Подумав, Чернов понял, что нет другой организации, кроме Коми филиала АН СССР, которая бы приняла его с наработанными материалами и желанием работать. И осенью 1957 года Чернов вернулся в Сыктывкар, который оставил чуть более десяти лет назад.

В результате камеральной обработки материалов, собранных экспедициями Чернова, был составлен подробный план дальнейших комплексных геологоразведочных и геофизических работ на территории Большеземельской тундры. Удалось наметить наиболее подходящие места под глубокое бурение. Рекомендовалось, в частности, заложить скважины в низовьях реки Колвы (Усинская), в окрестностях Нарьян-Мара (Нарьян-марская), на побережье Баренцева моря (Варандейская), в устье реки Харьяги (Харьягинская), к юго-востоку от Воркуты (Юнь-Ягинская).

Проект получил принципиальное одобрение министра нефтяной промышленности Н. К. Байбакова. Территория Большеземельской тундры была признана высокоперспективным районом. Однако геологоразведчики Ухты не хотели начинать работы. Нашлись геологи, которые мало верили или вообще не верили в возможность нефтяных и газовых месторождений на территории Большеземельской тундры, что надолго задержало освоение территории. Ухтинцы сосредоточили буровые работы на юго- востоке, где Тиманский кряж приближается к Уралу. Чернов же продолжал исследования на нефтеносность уже от Коми филиала Академии наук СССР.

Каждая экспедиция подтверждала предполагаемые прогнозы и вносила новые обнадеживающие данные. Но разведчики все еще не верили в реальность этих богатств, и Ухткомбинат оставался глухим ко всем призывам Чернова начать буровые работы в Большеземельской тундре. Пришлось писать статью в республиканскую газету "Красное знамя", но ее публиковать не хотели. Наконец, несмотря на запреты, в марте 1958 года статья была напечатана. В ней, помимо научных выводов и рекомендаций, содержалась и критика работы ухтинцев, в том числе и высоких нефтяных начальников. Это породило перепалку в СМИ "за" и "против" выводов Чернова.

Но так уж случается, что правда все-таки, хоть и через тернии, находит свою дорогу. Георгий Александрович при встрече вспоминал, что важнейшим документом в истории освоения Тимано-Пайхойской (так он ее обозначал) нефтегазоносной провинции является приказ начальника созданного Коми-Ненецкого геологического управления Б. Л. Афанасьева о создании в Нарьян-Маре Ненецкой геологоразведочной экспедиции структурно-поискового бурения, переименованной позже в Хорей-Верскую экспедицию, 40-летний юбилей которой Георгий Александрович всей семьей отмечал в Нарьян-Маре в 1998 году.

А династия геологов Черновых продолжается. На смену сыну Георгия Чернова Вадиму пришел внук, тоже Вадим, который закончил геологический факультет МГУ, затем магистратуру и аспирантуру. Сейчас он успешно сотрудничает с нефтяными компаниями. Вот так у геологов Черновых прошлое как бы перетекает в будущее через родителей, через детей, их дела и судьбы.

Подводя итоги своих многолетних трудов, Георгий Александрович в своей последней книге "Печорский край - судьба моя", изданной в издательстве "Научный мир" в 2002 году, пишет: "Мне хотелось бы сказать, что исследовал я недра этого края ровно 60 лет. Я далеко не молод - в 2001 году мне исполнилось 95 лет. Мне пришлось пережить моменты славы и долгие годы забвения. Вся моя жизнь была борьба, мне все время приходилось отстаивать свои идеи, прогнозы, оценки, позицию, свое честное имя, наконец, но жизнь устроена так, что за истину необходимо бороться. Без правды нельзя, она должна найти и всегда находит дорогу. И в этом случае Я СДЕЛАЛ ВСЕ, ЧТО МОГ!"

В день столетнего юбилея Георгию Александровичу пришло много поздравлений. С этой замечательной датой его поздравляют геологи, нефтяники, друзья и близкие. Мы присоединяемся к этим поздравлениям и желаем юбиляру здоровья на многие еще лета!


Владимир Фомин
"Нарьяна вындер"
(в публикации использованы материалы из книги Г. А. Чернова "Печорский край - судьба моя" и "Борьба за нефть в Болъшеземелъской тундре")



обсудить на форуме
высказаться в гостевой

архив